Брат,
с тревогой в сердце отвечаю я на твое письмо. Если твои подозрения верны, нам не стоит ждать ничего хорошего от тех, кто властвует в Башне Дануолла. Мы лишь недавно уладили наши споры с Аббатством, и я с удивлением узнал, что кто-то выдвигает меня на должность верховного смотрителя. Надеюсь, я лично помогу тебе разобраться в происходящем.
Прошлый раз ты предположил, что немой, который исполняет в Башне Дануолла обязанности палача, может быть слугой Чужого: у него странное выражение лица, он не может говорить, и за ним повсюду следует волкодав. Кроме того, по ночам из его комнаты доносятся странные завывания и однообразный шепот.
Поначалу меня одолевали сомнения. Разве может лорд-регент, которым я восхищаюсь, допустить, чтобы подобное богохульство беспрепятственно творилось у него под носом? Он свято чтит Семь запретов! Но теперь я вижу, как части головоломки складываются воедино. Должен сообщить тебе, что одна девушка из ордена Оракулов пришла ко мне в ночной час и молвила: \"Молчание причиняет боль, и тень пса повсюду следует за марионеткой Чужого\".
Твое положение в Башне очень помогло нашему делу. Нет ничего зазорного в том, чтобы рассказывать мне о происходящем. Ты в первую очередь смотритель, и твоя первостепенная задача - защищать мир людей от козней Чужого. Больше никто не должен знать о твоих находках. Жди моих инструкций. Я сам выясню, как глубоко скверна проникла в Башню Дануолла.
Мартин